Не бояться горы


    Саша ШульчевУсыновленный американцами инвалид покорил Килиманджаро

    Саше Шульчеву на роду было написано пропасть и сгнить - если не в детдоме, то в доме престарелых, куда он мог отправиться, едва отметив совершеннолетие. А вместо этого он поднялся на одну из высочайших вершин планеты - гору Килиманджаро. Вот только, прежде чем забраться на эту высоту, Саше пришлось пережить презрение и унижение, предательство, казалось, самого близкого человека и неожиданную любовь абсолютно чужих людей...

    - У нас сейчас последняя неделя занятий перед экзаменами, - рассказывает Александр, извиняясь, что на видеосвязь через Интернет получилось выйти лишь поздно вечером. Шульчеву 21 год, он студент факультета политологии университета города Остин, столицы американского штата Техас.

    - В этот семестр я изучаю внешнюю политику США. Сегодня мы как раз рассматривали политику президента Обамы по отношению к России. Профессора говорят об успехах. Пример - отказ от военного проекта (размещения элементов американской противоракетной обороны. - Ред.) в Польше. Но я спрашивал по поводу проблем...

    Саша рассказывает о сотне с лишним американских семей, которые в прошлом году начали непростую процедуру усыновления в России. Они уже не раз встречались с детьми, держали их на руках, читали книги, показывали фотографии будущих братьев и сестёр. Но запрет на усыновление круто изменил их судьбу.

    - Я с ужасом думаю, что на месте кого-то из этих детей мог оказаться я сам.

    Детдомовская «казарма»

    Его родной 19-летней матери, наверное, было непросто: врачи почему-то называли её сыном какое-то существо с уродливыми ножками и расщеплёнными четырёхпалыми кистями. Из роддома она выписалась без сына...

    - В нашем Нижнеломовском доме-интернате (Пензенская область) было около 100 человек, все с какими-либо физическими недостатками. Интернат не был для нас чем-то ужасным - другой жизни мы не знали. Но каждый раз, когда кого-то усыновляли, появлялась надежда: вдруг следующим окажешься ты сам? Правда, случалось это настолько редко, что семьёй для нас были друзья - те, что рядом, в интернате.

    Саша рассказывает, что до 16 лет мысль о его родителях была абстрактной. Но, когда он уже был в Штатах, от биологической матери потребовалась ещё одна бумага. Женщина настояла на телефонном разговоре.

    - Она сказала, что готова признать во мне сына, уже давно думала забрать меня домой. Но это уже выглядело так, будто она пыталась предотвратить мою новую жизнь, предложить взамен ту, которой у меня никогда и не было.

    Короткий телефонный разговор подвёл последнюю черту под существованием в казённых стенах. В той детдомовской жизни в отличие от некоторых своих совершенно беспомощных соседей по детдомовской «казарме» Саша мог хотя бы передвигаться - на доске с четырьмя колёсиками. Он толкался руками прямо от земли, мог «заползти» на любую лестницу. Но самое ужасное воспоминание о жизни в детдоме - всё равно чувство полной беспомощности.

    - У нас летом выключали воду. Помню, как совсем маленьким лежал в постели и не мог уснуть от страшной жажды... Ребят, которые были постарше, отпускали в город. Но если в интернате физические недостатки были у всех моих соседей и воспринимались лишь как особенности, то…

    «Обычные люди» - жители маленького провинциального городка - в лучшем случае пялились. В худшем, как рассказывает Шульчев, тыкали пальцами и называли уродами. Иногда приходилось огрызаться: если я физический, то вы - моральные. Но именно в такие моменты дети особенно остро задавались горьким вопросом: за что?!

    - Многие наши замыкались в «пузыре» интерната и просто не хотели больше никуда из него выходить. Я-то думал так: люди рождаются разными, у кого-то тёмные волосы, у кого-то светлые. А у кого-то, например, нет ног. Поэтому мне «внимание» людей за пределами детдома казалось смешным - я его не боялся.

    Не побоялся Саша и прочитать на видеокамеру одно из своих стихотворений, для сюжета о брошенных детях.

    И снова грусть в душе занозой,
    И буйно в окна бьётся гром,
    Сквозь массу слёз и злые слёзы
    Я вновь заговорил с дождём…
    Он был влюблён и был печален,
    И, осени бессмертный раб,
    Он словно воин: зол и ранен,
    Опять «убит», опять ослаб.
    И одиноким зайцем в поле
    Бежал от грозного ружья…
    …Я понял, несмотря на боли,
    Что дождь,
    Это такой же Я.
    Он говорил мне, что опасно
    Стрелять в того,
    Кто хочет жить,
    А жизнь, она всегда прекрасна,
    Если её не упустить!


    - Никто не подсказывал, как писать, но у нас многие, глядя на старших, начинали писать стихи. У кого-то получалось…

    Не мог идти - пополз

    Так у Саши появились новые друзья, которые задались целью поставить парня на ноги. Деньги собирали буквально по крохам, договорились со специализированной клиникой в американском Далласе. Саше нужно было отрезать часть неработающих ног, чтобы он смог пользоваться протезами. Через знакомых нашли и семью, чтобы приютить парнишку из России на время реабилитации. Лишь на время, потому что в семье этой недавно родился свой ребёнок, да и вообще… Но когда пришло время расставаться, Марк и Хелен Диджэймос - американцы с французскими корнями - поняли, что у них на самом деле два сына.

    В американской школе к Саше-Алексу никто не относился с презрением. Но найти друзей всё равно было сложно: большинству не было до него вообще никакого дела. Отношение к незнакомым в Америке «попрохладнее», что ли. Да и у многих сверстников ещё продолжалось детство - они дурачились, шутили, наслаждались жизнью. Тем серьёзнее и удивительнее оказалась дружба, которая завязалась у Саши с девочкой Мэйси из его школы. Эта дружба со временем переросла в нечто большее, но Алекс, стесняясь, меняет тему:

    - Привыкнуть к жизни в семье поначалу тоже было трудно. Не только из-за языковых проблем. Я не прятал под подушку хлеб, как мы это делали в интернате. Но иногда ночью ходил вскипятить себе чай - только чтобы снова увидеть, что это возможно. Я ел фрукты, которых никогда не видел, и, помню, боялся: то ли, что могут отнять, то ли, что сейчас вот они навсегда закончатся… Но самое удивительное было с музыкой: я наслаждался возможностью найти в Интернете записи любой группы. Компьютеры, кстати, есть сейчас и у моих друзей в России - и в интернате для престарелых, куда некоторые попадают сразу из детдома. Но что толку? Ведь даже если ты смог получить образование, найти работу инвалиду очень трудно. Я с горечью вижу: некоторые мои товарищи попали в интернатский вакуум, ни к чему не стремятся, потихоньку спиваются.

    Поездка в Африку поначалу задумывалась как экстремальный, но всё-таки турпоход группы друзей с целью посмотреть на новую страну, континент. Однако в какой-то момент она превратилась в жест, адресованный всем людям с ограниченными возможностями. К тому времени обретший ноги Саша уже помогал пройти тот же путь другим: с него началась программа «Хочу Ходить», которую совместно ведут международный фонд «Счастливые семьи» и российский фонд «Артист».

    Рассказывая о необычном путешествии и подъёме, который длился 5 дней, Александр с улыбкой говорит: знай он заранее, каким будет путь на гору Килиманджаро, никогда бы не согласился. Впрочем, и на самой горе можно было остановиться в любой момент. Но хотелось понять, на что способен.

    - Добраться удалось до последнего лагеря - на высоте около 4 км. Я никогда раньше не чувствовал такой боли и усталости. В последний день пути идти на протезах стало невозможно - я их снял. Мы порезали один из матрасов, я получше обмотал кулаки, чтобы не разбить руки о камни, и просто пополз вверх...

    Саша говорит, что ему в жизни немного повезло, но у каждого на жизненном пути есть своя гора - не только у инвалидов. Просто для одних гора ниже, для других выше, кому-то кажется и вовсе неприступной. Но границы возможного мы часто выдумываем себе сами.

    Александр Колесниченко


    Источник

    Похожие новости
  • Выйти из дома: четыре лестничных пролета до мира
  • А счастье есть!
  • Апрель - знаковый месяц года
  • Глупая и наивная когда то...
  • Где происходит "конец света"
  • Наказание или...

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Любишь кататься, люби и ... возить (вставьте недостающее слово)

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.