Город с ограниченными способностями


    Город с ограниченными способностямиПосле того, как 30 июня на Марсовом инвалиды-колясочники Санкт-Петербурга провели свою первую публичную акцию, посвященную проблеме доступности городской среды для людей с ограниченными возможностями, прошел почти месяц. Изменилось ли что-нибудь в их жизни с тех пор? Услышали ли их городские власти? Об этом рассказывает активист молодежной общественной организации людей с ограниченными возможностями "И:VOLUTION" Никита Касьянов.

    — Реакция на нашу акцию, как ни странно, была большей до, чем после. За несколько дней до акции нас пригласили в комитет по социальной политике администрации Петиербурга на мини-заседание с участием представителей общественных организаций инвалидов с тем, чтобы посмотреть, кто мы, познакомиться.

    По итогам акции мы составили резолюцию, которую отослали губернатору, в комитет по социальной политике, в профильную комиссию ЗакСас предложениями – как законодательными, так и в плане исполнения этих законов. Пока ответа нет. Ждем. Если наши предложения не будут приняты, надеемся, нам хотя бы объяснят, почему. Данная ситуация не может никого устраивать — ни нас, ни, полагаю, власть.

    До сих пор, правда, наши предложения либо игнорировались, либо ответы были из серии "нет — и точка": неразвернутые и необоснованные… Надеюсь, в этот раз все же будет не так. Ведь на нашу акцию пришли не только колясочники, но и представители городской общественности — например, учителя школ, с которыми мы никогда в жизни не общались. Пришли, высказали свое мнение, предложили поддержку.

    Вообще, основная цель нашей организации — информировать как можно более широкий круг людей о том, как живут инвалиды в городе. Мы хотим, чтобы общество осознало: мы не требуем перестройки города, просто можно сделать какие-то мелочи, чтобы нам жилось так же удобно, как и всем остальным. Акции, которые мы проводим, направлены именно на это. Кроме того, многие люди просто не знают, как взаимодействовать с человеком с ограниченными возможностями — как помочь, нужно ли подойти, как обратиться. Просто никогда не сталкивались с этим — инвалиды мало появляются на улице.

    23 июля правительство Санкт-Петербурга утвердило программу создания доступной среды для инвалидов на 2013-2015 годы. Губернатор Георгий Полтавченко высказался о необходимости строительства новых объектов таким образом, чтобы они были доступными, а также о перестройке домов в процессе капитального ремонта в соответствии с нуждами людей с ограниченными возможностями. Беда в том, что значительная часть из того, что было высказано губернатором, произносилась уже не раз. О необходимости оборудования социальных объектов, банков, музеев говорят много. И нельзя сказать, что делается мало. Но далеко не все идет на пользу. Та же ситуация и с вновь построенными объектами. Очень жаль, что не было сказано о контроле за проводимыми работами на всех стадиях. Без этого, как показывает практика, существенного результата не будет.

    Взять, например, предложение обязательного оборудования жилых зданий в процессе капитального ремонта. Это хорошая инициатива, и мы ее, безусловно, поддержим. Но сама по себе она не сможет существенно повлиять на ситуацию, и деньги опять будут потрачены зря. Однако если удастся скоординировать эту инициативу с программой переселения инвалидов, возможен реальный сдвиг проблемы доступности жилья с "мертвой точки"…

    — С какими трудностями сталкиваются колясочники в Петербурге?

    — Основная проблема — конечно, доступность среды. При том что, повторяю, на ее решение выделяются довольно большие средства. Однако значительная часть того, что делается, не приводит к улучшению ситуации. Например, строятся пандусы, по которым просто опасно пытаться подняться. Ставятся галочки, что работа проведена. Но в итоге получается, что нужно все ломать и переделывать — опять тратить деньги, силы. Необходимо, прежде всего, усиление контроля, в том числе общественного, еще на уровне создания строительных проектов. Одним из требований должна стать доступность объекта для колясочников. Но этого нет.

    Например, Гороховую улицу не так давно полностью реконструировали. Ничто не мешало сделать ее абсолютно доступной. Однако этого не случилось. Мосты сейчас на Гороховой не перейти, потому что там, как и на Аничковом, — две крутые ступеньки. На тротуарах по Гороховой по всей длине, через каждые 3-5 метров — сливные канавки. Соответственно, на коляске там не проехать. Вообще, это далеко не лучшее решение не только для колясочников — элементарно можно споткнуться зимой. А ведь можно было просто накрыть канавки решеткой. То, что удобно людям с ограниченными возможностями, как правило, делает среду более удобной и для всех остальных. Если бы это было включено в проект — не было бы каких-то дополнительных трат. Просто, получается, не подумали, не додумали. В результате — новая улица, но по ней невозможно перемещаться.

    Сотрудники Института общественной экспертизы и контроля решили заняться проблемой доступности объектов для людей с ограниченными возможностями. Составили систему оценки, исходя из европейских и наших норм, и проверяют объекты силами своих экспертных групп – стараются, чтобы в каждом выезде участвовали три инвалида: по зрению, по слуху и с проблемами опорно-двигательного аппарата. После этого они обнародуют результаты того, что обнаружили на месте. И вот мы недавно с ними проверяли библиотеку, которая сделала ремонт и сообщила, что теперь она доступна. Естественно, это оказалась условная доступность. Начиная со входа, где пандус есть, но человек на коляске по нему подняться не может, и продолжая труднодоступными путями прохода, проезда, труднодоступностью туалета, компьютеров. Все эти мелочи ничего не стоит предусмотреть, но почему-то этого не было сделано. Проверка проходила в сопровождении прокуратуры — возможно, будут приняты какие-то меры.

    У нас был длительный период, когда инвалидов просто не было на улицах. Создавались специальные оборудованные "дома инвалидов". Возможно, инвалидам там было в чем-то удобнее, но они изолировались — получались такие резервации. В каких-то тяжелых случаях такие дома действительно необходимы, но значительная часть людей с ограниченными возможностями может существовать в социуме — при создании соответствующих условий…

    С доступностью жилых домов у нас тоже очень большая проблема. Звучали предложения строить специальные дома и селить там инвалидов. Это, конечно, просто — поселить всех в одном красивом районе, где все будет доступно, сделать несколько магазинов, чтобы люди вообще из этого района не выезжали, а остальной город не трогать. Но очевидно, что это не решит проблему. Сейчас, в основном, происходит внутриквартирная изоляция. Люди живут в обычных домах, но им не выйти самостоятельно.

    — Где и как могут учиться колясочники?

    — С учебой тоже очень непросто. Есть специализированные школы. Я знаю о трех — они полностью приспособлены для передвижения на колясках или с костылями. Там есть специальный штат людей, которые помогают учащимся. Благодаря этому могут учиться дети, которым трудно ходить. Есть автобус школьный, который развозит учеников.

    А вот после выпуска, фактически, есть только одно учреждение среднего профессионального образования. Оно более-менее приспособлено. Высшее образование, очное, получить фактически невозможно. В нескольких вузах некоторое время назад было дистанционное обучение. Один из них — Северо-Западный Технологический университет, в который я поступил 5 лет назад. Но у нас сейчас в городе такая тенденция — сокращение заочного и, тем более, дистанционного образования. В результате Северо-Западный университет был присоединен к Горному. В Горном сразу сказали, что дистанционного обучения у них точно не будет, а присоединенное заочное они тоже закроют, как только доучится последний выпуск…

    То есть, по сути, колясочники остаются за бортом системы высшего образования. Если в сессию еще можно с чьей-то помощью приехать, подняться, как-то организовать несколько дней, то постоянно посещать вуз, конечно, невозможно — ступеньки, лестницы, коридоры… Что касается транспорта, есть служба социального такси, она позволяет ездить в учебные заведения. Но, даже приехав, туда так просто не войти.

    И вузы не собираются что-то менять. Я поступал по направлению "программирование", поэтому пошел в ИТМО (Санкт-Петербургский национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики). Но на тот момент у них не было условий для обучения. (Правда, в этом году они оценили себя как учреждение, доступное для инвалидов-колясочников. Мы планируем связаться с ними для уточнений). И если ректор еще пытался предложить какие-то другие варианты вместо ИТМО, то на более низком уровне мне просто сказали, что им хватает тех студентов, которые у них есть, и мне стоит поискать что-нибудь другое. Так я попал в единственный на тот момент вуз в Петербурге, который предоставлял дистанционное образование по специальности, связанной с программированием — СЗТУ.

    В городской программе "Доступная среда", которая разработана в рамках федеральной, есть пункты, в том числе относительно образовательных учреждений. Но в этой программе нет целевых показателей по высшему образованию, его доступность остается в стороне. Поэтому одним из наших предложений было внести дополнительные показатели для вузов. Это трудно. Вузы располагаются, как правило, в старых зданиях, со множеством корпусов. Конечно, гораздо проще создать доступную среду в школах…

    — А что по поводу работы?

    — Это сильно зависит от того, чем человек занимается. Если это IT, например, то можно работать удаленно. А если какая-то работа, связанная с посещением, то это трудно. Никакое социальное такси не будет возить на работу. Оно возит только по социально-значимым объектам: социальная сфера (поликлиники, например), государственные и культурно-зрелищные учреждения — театры, кинотеатры, музеи. Еще к омбудсмену — причем к нему можно даже чаще, чем в театры, ездить.

    Что касается приема на работу — работодатели, конечно, тоже не всегда готовы взять человека с ограниченными возможностями. Ведь, может быть, такому работнику чаще придется по состоянию здоровья пропускать работу, потребуется какой-то специальный график… Кроме того, возможно, придется специально оборудовать рабочее место — хотя это и субсидируется государством. Некоторые просто некомфортно чувствуют себя в обществе людей с ограниченными возможностями.

    — Сложно ли достать хорошую коляску?

    — Коляски обычно предоставляются государством в пределах определенной суммы. Для этого нужно подать заявление. Исходя из потребностей, которые описаны в медицинских документах у каждого инвалида, предоставляется соответствующая коляска. Либо можно купить самому и получить компенсацию.

    В последние 2 года выдавались достаточно качественные коляски. Но в этом году в Петербурге был проведен аукцион, по итогам которого победила компания — причем не производитель, а посредник — которая привозит сюда китайские коляски сомнительного качества. Вообще, этот аукцион достаточно странный. Мы обращались с вопросами и в сам фонд, и к депутатам — петербургским, федеральным по этому поводу. Пока нам пишут, что "все работает, все идет", "у нас есть регламент". Но конкретных ответов мы не получали. Если люди начнут ездить на некачественных колясках, то, помимо того, что им сложно будет передвигаться, они еще могут оказаться без колеса где-нибудь посередине пути.

    Конечно, не все люди с ограниченными возможностями обладают ограниченными средствами. Есть и те, кто может позволить себе купить коляску — тем более, что минимальная часть все равно компенсируется государством. Но не все могут, и это важнее.

    — Сколько стоит качественная коляска?

    — Механические коляски российского производства — около 15-20 тыс. руб. Импортные — от 20-ти тысяч. Хорошая немецкая или американская коляска стоит где-то 60 тысяч. Если человеку нужно дополнительное оборудование — специальная спинка, например, то это еще дороже. До июня 2013 года выплачивалась компенсация за коляску в размере 12 тысяч. Сейчас происходят изменения, поэтому точную сумму пока сложно назвать.

    — Каков размер пенсии у колясочников?

    — Инвалиды I группы (в том числе и колясочники) получают 10-12 тысяч со всеми надбавками (сумма зависит от многих факторов, в частности, от того, является человек инвалидом с детства или нет). Без надбавок инвалиды I группы и инвалиды с детства II группы получают 7 тыс. 384 руб. 7 коп., инвалиды с детства I группы и дети-инвалиды — 8 тыс. 861 руб. 54 коп., инвалиды II группы — 3 тыс. 692 руб. 35 коп., инвалиды III группы — 3 тыс. 138 руб. 51 коп.

    — А как выглядит ситуация с колясочниками в Европе?

    — С доступностью, конечно, все по-другому. Я не могу сказать, что конкретно послужило тому причиной. Возможно, там просто никогда не было такой изоляции инвалидов, как у нас. В Европе можно совершенно свободно передвигаться по городу. Например, в Париже весь общественный транспорт оборудован, и в него действительно можно войти, в отличие от нашего. Вне зависимости от того, гражданин ты Франции или нет, парижанин или не парижанин — он бесплатен.

    У нас проезд для инвалидов тоже бесплатный, но для сопровождающего он платный. В транспорт не всегда можно попасть — он еще не весь оборудован, в разных районах по-разному. Еще одна проблема — рядом с остановками часто припаркованы машины, и автобусу не подъехать. Иногда водители не хотят выходить и откидывать аппарель. Порой аппарели ломаются прямо в процессе откидывания. Был даже случай, когда человек на электроколяске (она тяжелей) — въехал, но когда водитель закрывал аппарель, она отвалилась. К счастью, удалось ее просто положить, и человек смог выехать.

    Бывает не самая адекватная реакция со стороны пассажиров, особенно в загруженные часы. Но это не мешает въехать в автобус — пока физических препятствий пассажиры не чинили.

    — Вам помогает кто-то персонально из представителей власти?

    — Мы особенно не просили ни у кого помощи. Мы готовы сотрудничать. Депутат ЗакСа Павел Солтан, например, достаточно известен по этой теме. Мы посылали ему наше мнение по новому закону, который регулирует службу социального такси. Ответ пришел, в нем сказано, что комиссия ЗакСа рассмотрела предложения и выбрала лучшее. И все!.. Подробному рассмотрению наши предложения явно не подверглись. Они никаким образом не были учтены и не вошли в закон. Так что пока что мы надеемся больше на собственные усилия и свою активность. На данный момент многие не считают нужным внимательно относиться к нашим предложениям. Но мы будем продолжать проводить мероприятия, информировать людей и предлагать решения проблем. Бездействие бессмысленно, а результат, мы уверены, будет.

    Анна Пруцкова

    Источник

    Похожие новости
  • Инвалиды-колясочники провели митинг на Марсовом поле
  • "Пусть чиновники сами попробуют на инвалидной коляске по Екатеринбургу прое ...
  • Кто не сидит в коляске, тот не поймет
  • Рейтинг доступности спортивных объектов Москвы: Инвалидам путь открыт
  • Там, где коляска не пройдет
  • Все через пандус

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Любишь кататься, люби и ... возить (вставьте недостающее слово)

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.