Женщина, которая поет. Полиомиелит не помешал Татьяне получить профессию и найти любимое хобби


    Она научилась петь раньше, чем ходить. И это не преувеличение. В год Татьяна Ермакова переболела полиомиелитом. Но страшная болезнь не помешала ей стать на редкость оптимистичным человеком. А любовь к музыке и пению помогает ей преодолевать любые невзгоды.
     
    Татьяна включает «минусовку» на домашнем компьютере и поет, тихонько раскачиваясь в такт музыке. Голос у Татьяны низкий, бархатный:
     

    Гололед – такая гадость, неизбежная зимой,

    Осторожно, моя радость, говорю себе самой.

    Не боюсь его нисколько, я всю жизнь хожу по льду.

    Гололед, сегодня скользко, ну а я не упаду!

    Эта песня, считает Татьяна, будто специально написана для нее и про нее...

    В классики – на костылях

    - Полиомиелит - это такая болезнь, которая практически парализует человека, - рассказывает Татьяна. – Степень тяжести бывает разная. Мне не повезло: паралич был настолько сильным, что даже голову держать не могла. Врачи сказали маме с папой: «Этот ребенок будет всю жизнь лежать».

    Но родители не опустили руки. Они решили, что все равно станут лечить младшую дочь. Татьяну возили практически по всему Советскому Союзу – побывала почти во всех больницах и здравицах.

    - Дело в том, что мои родители работали в экспедициях – строили Волго-Донской канал, канал в Печоре, колесили практически по всему Союзу, - поясняет Татьяна. - До пяти лет я не ходила вообще, только ползала, очень активная была. А в пять лет подмосковные врачи совершили настоящее чудо - поставили меня на ноги. Вернее, мне на ноги поставили специальные аппараты, с помощью которых я сделала первые в жизни шаги. Эти аппараты, можно сказать, и заменили мне ноги. Без них могу пройти всего несколько шагов, чувствую себя неустойчиво. Как в той песне про гололед...

    В больнице девочку навещали редко, но когда в один прекрасный день маме сказали «сейчас дочка к вам выйдет», та не поверила. Как выйдет? Но она действительно вышла – на специальных ходунках, двигая их впереди себя.

    - Я сначала ходила без костылей: маленькая была, не боялась упасть, - вспоминает Татьяна. - И всегда была очень жизнерадостная. Может быть, потому что родители никогда не говорили мне, что я не такая, как все. Наоборот, всегда внушали, что я – не хуже других. И я никогда не считала, что не могу того же, что и остальные дети. Просто знала, что для этого мне нужно приложить дополнительные усилия. На костылях даже в классики играла во дворе. И очень часто выигрывала!

    О том, что девочка должна пойти в школу для инвалидов, не было и речи – только в общеобразовательную, рядом с домом.

    - Мамулька меня туда до четвертого класса на руках носила, - улыбается рассказчица. - Как сейчас помню: несет на руках первого сентября меня, портфель и цветы для учителя. А старший брат возил меня в школу на велосипеде...

    d463ca6e3580c89cbaa907a7bff0931d.jpg

    Мальчишки в классе – не только не смеялись, но всегда оберегали хрупкую одноклассницу: помогали носить портфель, а если из соседнего класса кто-нибудь пытался обидеть Татьяну грубыми шуточками, сразу заступались «по-мужски».

    Мир не без добрых людей

    Лучше всего ей в школе давались точные науки, поэтому поступать решила на физмат. Но документы в пединститут поначалу не взял. «Какой из вас получится учитель – на костылях?» – с недоумением спросили у нее в приемной комиссии. Но она уже привыкла добиваться своего. Не отступилась, стала настаивать. Родители помогали. В конце концов была создана специальная комиссия, которой предстояло решить, сможет ли инвалид учиться в вузе на общих правах.

    - Мне всю жизнь везло на хороших людей, - говорит Татьяна. - Из горкома партии, помню, приходила целая комиссия, еще врач-невропатолог. За ним было последнее слово. Он сказал: «Я считаю, что эта девушка может учиться в институте». Ему пытались оппонировать: «Да какой из нее получится специалист?» Он отвечал: «А почему вы решили, что она будет заниматься именно преподавательской деятельностью?»

    В самом деле, педагогом быть необязательно. Но студентке на костылях предстояла педагогическая практика в школе.

    - А на практике все было очень легко, - вспоминает Татьяна. – Дело в том, что в институте у нашего преподавателя по психологии было что-то с ногами. И он ввел свой порядок: студенты по его просьбе выходили к доске, писали, если что-то было надо написать, а он объяснял. Очень достойно при этом выглядел. И вся аудитория его внимательно слушала. Относились к этому порядку студенты очень позитивно. И я решила взять его методику на вооружение. Тоже такой порядок в классе ввела. Когда было тяжело долго стоять на ногах, садилась и к доске вызывала дежурного. Он писал под мою диктовку. А я рассказывала правила...

    Институт Татьяна Ермакова закончила со свободным дипломом. И тут - новая проблема: устроиться на работу.

    - В школе я проработала целых три месяца, - продолжает рассказ Татьяна. - Меня попросили заменить знакомую учительницу, которая легла в больницу на операцию. Этого времени хватило, чтобы понять, что мне в школе делать нечего. Целый день на ногах, из класса – в класс... Приходила – и сразу ложилась отдыхать, а ведь надо было еще проверить тетради и написать конспекты уроков... Куда еще идти? В программисты. Я знала людей, которых брали программистами после биофака, а уж мне после физмата – сам Бог велел.

    Но найти работу никак не получалось. Красный диплом, который предъявляла в организациях выпускница физмата, не прибавлял ей шансов. Даже возможности проявить себя не давали. Как только видели костыли, говорили: «Нет вакансий». На душе было очень скверно.

    b036bdf3ea4dc2751da536d1377a9b6f.jpg

    - Мама сильно переживала за меня, у нее даже был микроинфаркт, - вздыхает Татьяна. - На Спасской, 4 раньше был научно-исследовательский институт, где работали программисты. И тут мне снова повезло встретить хорошего человека. Звали ее Роза Израилевна Савельева, она была заведующей отделом кадров. Она сказала мне: «Программистов будем набирать в марте. Приходите такого-то числа, и я вам обещаю, что вы будете у нас работать». И сдержала свое слово. Меня взяли в институт, я стала программистом. А потом совершенно случайно узнала, что она за меня сражалась с директором, который был категорически против...

    Про любовь

    Татьяна – человек удивительно позитивный и открытый. Никогда не скажешь, что она, как это принято сейчас говорить, «с ограниченными возможностями». А все, поясняет Татьяна, оттого, что всегда чувствовала доброе к себе отношение и поддержку со стороны родителей. Например, захотела однажды водить машину. Сказано – сделано. Окончила курсы, купили автомобиль с ручным управлением. И сегодня она уже – водитель с 20-летним стажем.

    - Когда сидишь в машине, совершенно забываешь, что у тебя ноги больные, - признается Татьяна. - Такие возможности открываются: куда захотел, туда и поехал. Водители-мужчины глазки строят...

    А вот значок «За рулем – инвалид» известен не всем. Это сейчас он представляет собой коляску в треугольнике. А раньше был треугольник и кружок. Однажды у нее даже спросили: «А что это у тебя на заднем стекле — что за треугольник с кружком?» - «Это знак местной мафии», - не растерялась она.

    С будущим мужем познакомиться тоже помог автомобиль.

    - Встретились случайно: он из Тверской области, во Владимире был в командировке, - вспоминает Татьяна. - Спросил, как проехать на вокзал, я его подвезла. Я – такой человек, что мне всегда хочется как-то помочь людям. Пока ехали, разговорились. Оказалось, что Михаил - активный, позитивный. Обменялись адресами и целый год писали друг другу письма в конвертах. В этих письмах я увидела человека глубокого, эмоционального и начитанного. Вскоре Михаил переехал во Владимир, и мы решили пожениться.

    ...Рожать пришлось в 92-м году, в пору пустых прилавков, всеобщего безденежья и неизвестности перед будущим. Но ей снова помог невероятный оптимизм и вера в добрых людей. Что же теперь – ждать пока кризис закончиться? – сказала она сама себе. Ну нет! «Приданое» для ребенка шила сама.

    - Как ни странно, вся беременность протекала легко, - смеется Татьяна. – Только в самом конце срока ногу сломала. Так что в роддом меня на носилках несли уже в гипсе.

    Была уверена, что родится сын, даже во сне его видела, а родила дочь Машу.

    - Тоже хорошо! – говорит Татьяна. - Дочка родилась маленькая, миниатюрненькая. Я всегда говорила: просто замечательно, что ты не «плюшка», это чтобы я могла тебя приподнять...

    В год Машенька встала на ноги, начала делать первые шаги. И почти сразу пришлось самой шагать по лестнице. Мама поворачивалась к ребенку лицом и командовала: «Ножкой вперед, ручку – на перила». Однажды их выход на прогулку увидела соседка и даже расплакалась: «Мне так вас жалко». - «А чего жалеть? - совершенно искренне удивилась тогда Татьяна. - Никто же не упал!»

    - Маша всегда была самостоятельная, - вспоминает Татьяна. – Помню, я руковожу, а она сама шнурки завязывает... Когда подросла, стала сама в магазин ходить, выполнять обязанности по дому... А самое главное - она осуществила мою мечту: закончила эстрадный лицей!

    С музыкой по жизни

    Дело в том, что сама Татьяна поет с самого детства. Научилась петь, когда подолгу лежала в больницах. Тогда же поняла, что песня может поднять настроение и самой певице, и тем, кто находится рядом.

    Развился и окреп ее певческий талант, когда в очередной раз попала в Московскую клинику — уже в тридцатилетнем возрасте. Там обещали поставить на ноги без аппаратов...

    - Я лежала в той больнице очень долго, - рассказывает Татьяна. - Каждую ногу по полгода лечили: ломали кости, снова их сращивали.. И там молодежь была моего возраста. Ребята с гитарами, я с песнями. Пели вместе романсы, веселые и шуточные песни. Домой приехала - мне гитару купили.

    Но полиомиелит не только обездвижил ее ноги, он коснулся и пальцев на правой руке. Поэтому подыгрывать самой себе трудновато.

    - Несколько лет назад появился Интернет, возможность скачивать для себя «минусовки», менять тональность. Я стала потихоньку брать оттуда песни, разучивать их.

    Сегодня Татьяна ведет активную творческую жизнь: выступает клубах, на фестивалях, в библиотеках.

    - Люблю авторские песни, романсы, - перечисляет она. - Шансон люблю, но не «блатной». Главное для меня – хороший текст. Это увлечение позволяет мне все время держаться на плаву. Особенно в душевном плане. Как только начинаю «раскисать», придумываю себе новое мероприятие – узнаю, где ожидается фестиваль, подаю заявку.

    Татьяна состоит в клубе любителей эстрадной песни «Через годы, через расстояния», клубе любителей бардовской песни «Станция Владимир».

    Дочка пока с мамой дуэтом не поет. Но это мечта Татьяны - выступить вместе с дочкой.

    - Маша училась петь классические эстрадные песни, бардовскую песню пока не очень понимает, - улыбается Татьяна. - Она часто говорит мне: мама, я не понимаю, как можно петь безо всяких правил. А я объясняю, что пою душой, а она по правилам...

    А еще Татьяна мечтает... полетать на дельтаплане! Слышала, что в Коврове есть клуб дельтапланеристов, которые занимаются с ребятами из местного общества инвалидов. Летать помогает инструктор.

    - Мы уже ездили в Ковров на турслет для инвалидов, - говорит Татьяна. - Мне очень там понравилось. Подали заявку на песенный фестиваль, который будет в Коврове. Думаю, совсем скоро настанет время и для дельтапланов!

    Алиса Городцова

    Похожие новости
  • Работать хочу и буду!
  • Жизнь - одна на двоих
  • Один шанс на миллион
  • Возможности ограничить нельзя
  • "Я как все"
  • Потеря

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Название этого сайта(русскими буквами)?

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.