Почему инвалиды в колясках не могут передвигаться по Владивостоку


    Любой, кто гулял по европейским городам, мог отметить большое количество людей в инвалидных колясках на улицах, в магазинах, ресторанах. Эта особенность настолько непривычна для русских, что сразу бросается в глаза.


    В России шаги по организации городского пространства с учетом потребностей маломобильных горожан если и предпринимаются, то настолько формально, что не решают проблемы «неравных возможностей». 

    В этом корреспондент «Русской планеты» убедилась, прогулявшись по Владивостоку с руководителем организации инвалидов-спинальников «Ковчег» Артемом Моисеенко.

    Прогулка с препятствиями

    Артем восемнадцать лет назад попал в аварию. Водитель машины, в которой он ехал, не справился с управлением. Пассажир получил тяжелую травму позвоночника.

    – Сначала, конечно, меня одолевали только дурные мысли. Я не хотел жить и не понимал, почему современные технологии не могут оживить мои ноги. Но со временем пришел к тому, что я могу помочь себе сам. Да что там себе, при желании — всем. Стоит только запастись терпением, — с улыбкой рассказывает Артем.

    Мы разговариваем на кухне офиса «Ковчега». Здесь есть несколько спальных комнат и столовая. На стенах висят грамоты и фотографии. В напольных шкафах — инвентарь для спорта, в коридоре — несколько инвалидных кресел.

    По словам Артема, он часто остается здесь ночевать. И даже не потому, что его держит работа. Просто офис находится на первом этаже, а его квартира, где он живет вместе с мамой, — на втором. Подняться на коляске даже на несколько ступенек — большой труд.

    Сейчас во Владивостоке действует программа «Доступная среда». Ее цель — формирование безбарьерного доступа к культурным, спортивным, административным и всем социально значимым объектам для людей с ограниченными возможностями. По сообщению местной администрации, на проект было выделено 63,1 млн рублей. Но, по словам самих «маломобильных» горожан, несмотря на отчеты чиновников о проделанной работе, результатов так и не видно.

    – Пока построенные площадки для инвалидов просто не пригодны к использованию, — сокрушается Артем. — Например, есть набережная, которой и недавний ремонт не помог — она по-прежнему остается для нас закрытой.

    Туда мы и отправляемся. Выйти из дома Артему помогает его мама Вера Захаровна. Она подает сыну куртку и, взявшись крепко за ручки коляски, всем телом продвигает ее вверх по «рельсам» на лестнице, ведущей к выходу. Эту конструкцию они соорудили себе сами. От пандусов, что устанавливают в жилых многоквартирках управляющие компании, здешний «агрегат» отличается шириной и высотой рельсов. К тому же на стенах закреплены удобные поручни, помогающие человеку самостоятельно преодолеть как спуск, так и подъем.

    До центра города мы добираемся на служебном автомобиле. Колясочнику уехать с улицы Кирова, где находится «Ковчег», по-другому просто невозможно. Низкопольные «Маны», предназначенные для перевозки малоподвижных пассажиров, ходят пока не везде. А в других автобусах пандусов нет.

    На набережной, как и в любой солнечный день, сегодня народу много. Кричат дети, смеются подростки, в припаркованных рядом машинах играет музыка.

    Артем сам крутит колеса. Но ему постоянно приходится контролировать скорость коляски из-за того, что брусчатое полотно уложено «волнами».

    Мы продвигаемся к центральному фонтану, но вскоре встречаем преграду — высокий бордюр и слишком резкий бетонный выступ, пародирующий пандус.

    – Если я попытаюсь сюда заехать, то могу грохнуться на спину и удариться головой. А у тебя вряд ли хватит сил меня подтолкнуть, — объясняет Артем. — Да и не только мне неудобно. Взгляни, как сейчас будет идти девушка на каблуках.

    Незнакомка меняет положение ног и боком перешагивает выступ. Мы следуем ее примеру и отправляемся дальше. Артем, не проехав и пяти метров, снова останавливается.

    – А вот здесь не назад, а вперед можно упасть, выпав из коляски, — упершись колесиком о небольшой бордюр, показывает мне «ковчеговец». — Вроде наклон сделали для заезда, а мне все равно нужно подпрыгивать вместе с коляской.

    Нам приходится двигаться по проезжей части навстречу машинам в поисках заезда на брусчатку.

    Мой спутник рассуждает: когда шла реконструкция набережной, проектировщикам следовало позвать самих инвалидов, которые бы легко объяснили, как им удобно передвигаться и что для этого надо сделать.

    – А сейчас вроде ремонт прошел, но доступа к набережной у нас все равно нет. Не меньше мучаются те же мамочки с колясками, когда пытаются пройти через высокий бордюр.

    При этом наш герой отмечает, что смысла вкладывать большие деньги в доступную среду он не видит. Элементарные вещи можно сделать за копейки.

    Ни одного инвалида-колясочника мы, гуляя по набережной, так и не встретили. Впрочем, как отмечает Артем, высокими бордюрами и неудобными пандусами от людей, использующих для передвижения коляски, отгорожены все прогулочные зоны Владивостока.

    Выход через черный ход

    От моря до ближайшей автобусной остановки мы идем полчаса, хотя обычно сама я преодолеваю это расстояние минут за десять. С тем, кто передвигается на коляске, это сделать немного сложнее: съезды с тротуаров и заезды на них для инвалидов не предусмотрены. Мне приходится или помогать Артему въехать на очередной бордюр, или он сам запрыгивает на него вместе с креслом.

    – Давай купим воды, — предлагает он мне.

    Нам повезло, на входе в супермаркет есть пандус. По словам Артема, «довольно неплохой». Двери открываются автоматически, в помещении — ровный пол. Вот только товар лежит на высоких полках, и нет удобных корзинок. В наличии только тележки, размером с детский автомобиль. Будь мой спутник один, без помощника он бы не справился.

    – Сюда мы хоть без проблем зайти смогли. Иной раз нужно просить прохожих, чтоб помогли меня занести. Но я в таких магазинах почти не бываю, — рассказывает он.

    Дальше у нас новое испытание — общественный транспорт.

    Мы ждем автобус №15. Для нас подходят только немецкие «Маны». Когда один из них подъехал, люди с остановки ринулись в открытые двери.

    – Надо попросить, чтоб пандус опустили, — говорит мне Артём.

    По идее, это должен делать кто-то из пассажиров, ведь водитель не может покидать свое место.

    – Давайте откроем эту крышку, — показывая на пандус, обращаюсь я к ним.

    Видимо, шофер нас заметил. Он нажал на какую-то кнопку, и борт автобуса опустился до уровня тротуара. Двое парней, стоящих около двери, дергают за крючок и пандус ложиться на дорогу. Артем без труда заезжает внутрь. Водитель подъехавшего сзади автобуса раздраженно сигналит.

    – Хорошо, что нам помогли. Такое бывает не всегда, — говорит мне Артем. — Было несколько случаев, когда водитель автобуса, видя на остановке инвалида в коляске, просто давал газу и быстро уезжал.

    Дорога была недолгой. Буквально через 15 минут мы уже стояли у двери кинотеатра «New Wave» на Первой речке. Здесь инвалидов вообще не рассматривают в качестве своей аудитории. У входа не оказалось даже пародии на пандус. Артем обратился к трем стоящим неподалеку молодым людям. Они тут же к нам подошли.

    – Как лучше брать: сзади или спереди? — спросил один из откликнувшихся.

    – Вы, вдвоем по бокам возьмитесь за колеса, а один пусть за мной встанет, — объясняет Артем.

    Я открываю двери, и мы направляемся к кассе. Девушке за стеклом я объясняю, что со мной инвалид. Ко мне подходит администратор и предлагает посмотреть кинозал. Пандусов там тоже нет. Только многоступенчатая крутая лестница. Места для неходячих зрителей не предусмотрены.

    – Это не проблема, — говорит администратор. — Я сейчас позову охранника и крупного грузчика Васю. А сидеть ваш спутник может в своем кресле рядом с обычными местами. Там как раз есть для этого небольшая площадка.

    Персонал получает инструктаж от Артема и медленно поднимает его по лестнице. Билетерша под ноги светит фонарикам, чтоб в темноте никто не упал. Фильм идет два часа.

    После сеанса трое помощников решают открыть черный ход. После того, как остальные зрители покинули зал, нам показали более удобный выход — вместо пятнадцати ступенек там их было всего три.

    Наша прогулка для Артема — это его ежедневное испытание. В отличие от многих владивостокцев, не имеющих возможности ходить и поэтому замуровавших себя в своих квартирах, мой спутник на борьбу с городскими барьерами выходит каждый день. А совсем скоро все «ковчеговцы» планирует устроить двухмесячное автопутешествие по России и, если удастся, то и пробежаться на колясках в США.

    – Достигай невозможного! — говорит мне Артем на прощание и с улыбкой смотрит в глаза.

    Валерия Белоус

    Источник: http://vladivostok.rusplt.ru/

    Похожие новости
  • Поверь в себя - и сможешь даже играть в хоккей
  • Эксперимент на колесах: один день из жизни бердянца с инвалидностью
  • Санкт-Петербург: доступная среда пока недоступна
  • Тульский круговорот
  • Безбарьерная среда для отдельно взятого дома
  • Свободное движение
  • Альметьевск глазами человека в инвалидной коляске
  • Родина ограниченных возможностей
  • Пермь: жизнь во мраке
  • Поразъездились тут...

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Папа, мама, я, отличная ..... (закончите предложение)

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.