Обучение на равных для разных детей


    Дети с ограниченными возможностями здоровья могут обучаться  в обычных школах, наравне с обычными сверстниками. Такой принцип, получивший официальное название «инклюзивное образование», был утвержден в России в 2012 году.


    Принцип равенства возможностей для всех имеет как сторонников, так и противников. Особенно сейчас, когда прошло время и можно судить о том, насколько успешными оказались первые попытки внедрить такое новшество.

    Повод для сомнений

    Именно для того, чтобы обсудить результаты, а главное – помочь педагогам в работе с особенными детьми, и была организована республиканская конференция «Дети с особыми образовательными потребностями: педагогика поддержки и развития». Инициатором ее проведения стал коллектив Хакасского института развития образования и повышения квалификации при поддержке Минобразования РХ.

    Насколько вообще важна проблема образования детей-инвалидов? Как метко заметил один из участников конференции, «об этом люди обычно не задумываются до тех пор, пока в семье не появится подобный ребенок». И это – не упрек, а скорее повод задуматься о том, чего не хватает нашему обществу. Ведь детей, имеющих серьезные проблемы со здоровьем и, как следствие, нуждающихся в особых условиях для обучения, у нас не так уж мало: около четырех тысяч на всю Хакасию. Ими занимаются в 11 специализированных образовательных учреждениях, а кроме того, в 140 классах множества школ созданы условия для обучения таких детей. Но это – официальные, статистические данные.

    – Я против инклюзивного обучения в той форме, в какой оно применяется в России. К сожалению, мы слишком спешим продемонстрировать свою готовность выполнить указание сверху. При этом качество неизбежно страдает. У нас открывают специальные классы для детей с отклонениями в умственном развитии, учат их некоторое время. Затем прекращают эксперимент, в котором изначально были допущены серьезные просчеты, – заявил один из педагогов-дефектологов, участвующих в конференции.

    Претензии преподавателя справедливы. Давно установлено, что для успешного освоения предметов в начальной школе в одном классе должно быть около 12 детей – при такой численности лучше всего усваивается информация. Это если говорить об обычных учениках. Ребенок с ограниченными возможностями, в силу своих физических качеств, хотя бы немного, но отстает от сверстников. Значит, ему нужно дополнительное внимание преподавателя, и, как следствие, класс стоит сократить до 10 учеников. Однако в современных условиях вряд ли это будет соблюдено. Скорее, в обычном классе из 25 школьников может оказаться пять детей с ограниченными возможностями, с которыми, к тому же, придется работать учителю, не имеющему специальной подготовки.

    – Как свидетельствуют результаты проверки наших учебных заведений, в ряде школ нет понимания сути инклюзивного образования. Нет профильных специалистов – дефектологов, педагогов-психологов, – отметила в своем выступлении заместитель министра образования РХ Ирина АУЛЬ.

    Между тем социологические исследования, проводимые в школах нескольких регионов России, дали интересный результат: многие обычные дети готовы учиться в одном классе с ребенком-инвалидом. Их готовность принять того, кто отличается от них, подтверждается и тестами на способность сопереживать и поддерживать. Однако во многих случаях у школьников имеются и опасения: не получится ли так, что после появления такого новичка в классе преподаватель будет уделять ему больше времени? Этим же вопросом сегодня задаются и профессионалы.

    Понятно, что в таких условиях рискованно экспериментировать. Потому что в итоге могут пострадать все дети. Одни – потому что не получают нужного объема знаний. А другие – от непосильной гонки за сверстниками, ведь освоить программу школ сложно даже здоровым, не говоря уже о тех, кто вынужден бороться с серьезными недугами. Хотя база для обучения все же имеется, и очевидные плюсы инклюзивного образования для некоторых перевешивают возможные риски.

    Технический плюс

    На помощь преподавателям и детям пришли специальные средства обучения. Причем сегодня для нужд образования используется техника, которая считалась фантастикой еще лет пять назад. Чего стоит специальный принтер, который может печатать текст шрифтом Брайля. Или, если нужно, выполнять объемные рисунки и чертить графики, которые легко можно распознать даже на ощупь. В помощь слабовидящим детям также разработаны электронные «увеличительные стекла», напоминающие смартфон размерами и большим  экраном. Только качество встроенной камеры значительно выше, а значит, с его помощью можно читать практически любой текст, увеличивая нужный участок. Есть и персональные звуковые книги, сочетающие в себе также и цифровой диктофон высокого класса. Кроме электроники используются и специальные чертежные доски, на которых создаются геометрические фигуры с объемными контурами, а также масса других специальных учебных пособий, от небольших конструкторов до книг, специально приспособленных для чтения на ощупь.

    Все это оборудование, также как и модернизация входов в школы, расширение дверных проемов для инвалидных колясок и прочее, должно помочь детям с ограниченными возможностями. Что же касается учителей, они постепенно получают необходимый опыт. Однако главная цель инклюзивного образования – не просто усадить ребенка с ограниченными возможностями за одну парту с обычным сверстником. Куда важнее ощущение равенства, благодаря которому такой ученик в будущем сможет жить во взрослом обществе. Правда, для этого нужно уже не модернизировать техническую базу, а изменять отношение к жизни – как самих детей, так и их родителей.

    Губительное сопереживание

    – Если сравнить нашу систему образования, к примеру, с той, что принята в Испании, то окажется, что мы отстали примерно на 30 лет. И дело не в методах, а в принципиальном подходе к обучению и воспитанию. Главный недостаток нашей системы в том, что за признанием «особенности» ребенка даже сами родители очень быстро входят в роль стороны, которой все должны помогать и которым должны сочувствовать. Также усиленное внимание уделяется и детям, в результате чего вырабатывается позиция потребителя, и, к сожалению, они очень быстро учатся манипулировать окружающими. Альтернативой такой ситуации должны быть условия, в которых ребенок чувствовал бы себя нормальным, равным с другими и мог расти и развиваться, – считает руководитель общественной организации «Доброе сердце Хакасии» Елена ДУХМИНА.

    Примечательно, что тему участия родителей в обучении детей с ограниченными возможностями не раз в ходе обсуждения поднимали и педагоги. С сожалением многим приходится констатировать: адекватные родители, которые готовы брать ответственность за ребенка наравне со школой, встречаются отнюдь не часто. Более распространенным бывает стремление «сдать» отпрыска с проблемами в интернат или спецшколу, где все бы сделали педагоги. Однако для людей ответственных больше подходит промежуточный вариант.

    – Хотелось бы, чтобы ребенок мог посещать занятия в обычной школе. Мы в свое время согласились на дистанционное обучение с первого класса, и считаю, что допустили ошибку. В этом возрасте явно необходим постоянный контакт с живым человеком, так, чтобы преподаватель всегда мог поправить ученика, если он сидит не так, как нужно, или, к примеру, помог вывести букву. Кроме того, для ребенка важно понимать то, что кроме дома есть места, где его понимают и поддерживают, – поделилась соображениями Екатерина, мама «особенного» ребенка. Сейчас ее сын обучается в двух учебных заведениях, совмещая занятия дома и в классе. Это, по мнению родителей, оптимальный вариант для него в настоящее время.

    Альтернативный вариант

    Есть ли все же будущее у инклюзивного образования? Судя по выступлениям на конференции, однозначно ответить на этот вопрос очень сложно. Слишком много условий требуется для успеха.

    – Я мечтала работать в маленькой школе. Такой, чтобы за забором сразу начинался лес или речка. Где каждый ребенок – на виду и учитель может точно сказать, все ли у него в порядке дома. В таком случае очевидными будут причины поведения детей, всегда есть возможность поговорить с воспитанниками или их родителями. В таких условиях и особенный ребенок будет чувствовать себя комфортно… К сожалению, работа в современных школах направлена в первую очередь на успешную сдачу ребенком Единого госэкзамена. А потому инклюзивное обучение, скорее всего, останется уделом небольших школ на периферии, где из-за небольшого числа учеников возможна индивидуальная работа, – считает советник уполномоченного по правам человека в Хакасии Ольга КРАФТ, специалист с большим педагогическим опытом.

    Впрочем, история инклюзивного образования только начинается. В республиканской конференции приняло участие несколько десятков педагогов. Этих людей действительно волнует будущее особенных подопечных. А значит, поиск оптимального подхода к обучению продолжается.

    Андрей Кедрин

    Источник: http://abakan-news.ru/

    Похожие новости
  • Дети инвалиды будут учиться в обычных школах
  • Инклюзивные барьеры. Большинство челнинцев не хотят, чтобы в классах училис ...
  • Пойти в школу наравне с другими. Как сделать так, чтобы возможность учиться ...
  • Школа для Арины и ее друзей
  • Один в классе
  • Школа без барьеров
  • Инвалидность - не повод для изоляции
  • Синдром - не приговор
  • За жизнь без барьеров
  • Спецшколы - преграда на пути к прогрессу

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Любишь кататься, люби и ... возить (вставьте недостающее слово)

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.