Невыгодные льготники


    22 апреля в редакцию ИА «Чита.Ру» обратилась пенсионерка-диабетик, сообщившая, что ей — региональному льготнику — перестали выдавать инсулин в краевой больнице №4 Краснокаменска.

    Заместитель главврача больницы Сергей Гашенко усугубил ситуацию, заявив, что это проблема всего региона, а не только их больницы, а начальник отдела лекарственного обеспечения минздрава края Татьяна Касаткина эту информацию подтвердила.

    Это могло не вызвать резонанса в другое время, но не сейчас, когда скандалы вокруг новаторской политики министра Михаила Лазуткина и заявлений властей о повышении зарплат медикам вспыхивают один за другим. По традиции журналистов пригласили в минздрав, чтобы дать пояснение по ситуации и успокоить население. Если Лазуткин в таких беседах старается по максимуму сгладить углы, избегая каких-либо критических формулировок в чей-либо адрес, то в этот раз избежать их было сложнее. Министерству нужно было как-то снять с себя и с министра ответственность за очередной скандал, поэтому, видимо, и пришлось говорить, как есть.

    Борьба за закон

    Замминистра здравоохранения Забайкальского края Ольга Дурова начала беседу с замечания в адрес замглавврача краевой больницы №4, который рассказал ИА «Чита.Ру» о ситуации с инсулином:

    — Я считаю, что со стороны сотрудника краевой больницы №4 было не совсем корректно столь глобально преподносить информацию о ситуации с инсулином в регионе.

    Начальник отдела лекарственного обеспечения министерства здравоохранения Забайкальского края Татьяна Касаткина:

    — В нашем крае насчитывается 21,8 тысячи человек, больных сахарным диабетом, из которых половина имеет инвалидность и идёт на федеральный уровень, вторая половина — на региональный. На федеральном уровне работает программа обеспечения необходимыми препаратами, на которую федеральный бюджет выделяет средства. Деньги приходят в краевой минздрав, который, в свою очередь, закупает лекарства и обеспечивает ими больных. Около 4,8 тысячи диабетиков получают только инсулин по этой программе в Забайкалье. На эти цели федеральный бюджет ежегодно тратит 70 миллионов рублей. Проблем с этой категорией больных у нас нет, поэтому федеральным льготникам бояться нехватки инсулина не стоит. Он закуплен и находится на складах и в аптеках.

    Что касается региональных льготников. Они должны обеспечиваться препаратами региональным бюджетом на основании постановления правительства РФ №790 от 1994 года. Постановление — старое, оно включает в себя порядка 40 заболеваний. Начиная с 2005 года, минздрав края ежегодно выходил с проектами региональных постановлений, которые бы давали возможность исполнять постановление правительства РФ, и всегда минфин края давал проекту отрицательное заключение, так как денег в бюджете не было. У меня есть целая пачка тех переписок. Только в 2010 году наше предложение обеспечивать лекарствами людей, страдающих хотя бы социально-значимыми заболеваниями, поддержали заксобрание и губернатор. Таких людей у нас порядка 24 тысяч человек. В итоге, в конце 2011 года был принят закон Забайкальского края №433 «О мерах социальной поддержки в оказании медико-социальной помощи и лекарственном обеспечении отдельным категориям граждан», но первые деньги по нему нам выделили в 2012 году.

    Деньги есть только на инсулин

    Татьяна Касаткина: — Наша потребность на исполнение этого закона ежегодно уходит в минфин края. К примеру, потребность прошлого года на реализацию закона составляла 143 миллиона рублей, нам дали в начале года всего 7 миллионов на закупку лекарств по всем восьми заболеваниям. На экспертном совете мы решили, что наиболее значимой болезнью является сахарный диабет, так как без лекарств, в том числе, инсулина, диабетики жить не могут. Все 7 миллионов мы направили на закупку инсулинов.

    В течение года мы вели огромную переписку и с минфином, и с правительством, и с заксобранием. Где-то порядка 10 писем направляли в разные органы. Но средства были выделены только тогда, когда больные обратились в краевую прокуратуру. Правоохранители обязали минфин выделить средства, и нам дали ещё 15 миллионов рублей. На 3 миллиона в декабре мы закупили инсулин с расчётом на его выдачу с января по май. Но здесь случилась другая проблема. У нас есть федеральные льготники, которым нужно переосвидетельствоваться в Бюро медико-социальной экспертизы по достижению 18 лет для подтверждения группы инвалидности. Приходит в бюро больной, у которого нормальный сахар, всё хорошо, потому что принимает дорогостоящие препараты, и ему снимают группу инвалидности. Эти льготники автоматически переходят в региональную группу, которую должны обеспечивать лекарствами мы. У нас, например, в 2013 году насчитывалось 550 льготников, которые получают только инсулин. В этом году их стало уже тысяча, и тех 3 миллионов рублей, которые мы запланировали до мая, стало недостаточно.

    К счастью, деньги сейчас есть, чтобы изменить ситуацию. В этом году на исполнение закона нам дали 22 миллиона рублей при потребности в 167 миллионов. Из этих 22 миллионов нужно отнять 6 миллионов рублей, который мы должны поставщикам лекарств за 2013 год из-за задержек оплаты из краевого бюджета. Остаётся 16 миллионов, из которых 12 — пойдут на инсулины и 4 миллиона на онкологические заболевания и на ревматоидный артрит.

    Наши заявки на инсулин уже в начале апреля направлены в департамент госзакупок и лежат там. Рассчитываем на то, что к концу мая мы эти препараты закупим. Больных, естественно, мы не оставляем. Рекомендуем главврачам закупать инсулин за счёт собственных средств. Ну, что ещё делать? Либо больной умрёт, либо больница использует деньги по не целевому назначению.

    — А потом минздрав вернёт эти деньги больницам при поступлении средств?

    Ольга Дурова: — Нет, конечно. Минздрав выдаст им инсулины. Хочу дополнить Наталью Владимировну. Безусловно, обеспечение региональной льготы — эта работа плановая. В декабре, действительно, мы всё рассчитали таким образом, чтобы обеспечить больных инсулином с января по май. Во-первых, с 2013 года несколько поменялся подход к лечению сахарного диабета. Во-вторых, число региональных льготников увеличилось почти в два раза всего за пару месяцев из-за того, что бюро медико-социальной экспертизы не только убирает у многих инвалидность по диабету, а ещё и не даёт инвалидность и больным с только установленным диагнозом. Спрогнозировать такую ситуацию минздрав не мог.

    Поскольку по первым двум месяцам мы поняли, что ситуация может возникнуть, медучреждения начали закупать инсулин за счёт своих средств. У каждой больницы есть предпринимательские средства, которые они могут тратить по своему усмотрению. Понимая важность проблемы многие медучреждения подали заявки в департамент госзакупок на приобретение инсулина. Тоже самое сделало министерство. Заявка находится в департаменте госзакупок. Мы очень надеемся, что департамент увидит нашу проблему и побыстрее рассмотрит её.

    По краевой больнице №4. Они тоже своевременно подали заявку в департамент, и в начале мая инсулин поступит. Более того, те граждане, которые объективно не могут приобретать инсулин, — пенсионеры, малообеспеченные граждане — они, конечно, за счёт больницы будут обеспечиваться этими препаратами. Нет ни одного человека, который бы пришёл в больницу и сказал, что у него нет денег, и которому, несмотря на это, отказали в инсулине. Я вас уверяю, что всех этих граждан наши районный больницы и поликлиники обеспечивают инсулинами.

    Откуда новые льготники?

    Главный внештатный эндокринолог края Ольга Серебрякова:

    — Сахарный диабет в мире достаточно сильно распространён, и с каждым годом количество больных только увеличивается. Увеличивается оно и в Забайкалье. Не сказать, что это идёт как-то скачкообразно, нет — это постепенный процесс. Сахарный диабет — это заболевание, которое приводит к инвалидности, и очень много больных, которые будут получать некачественное лечение, станут инвалидами по зрению, по почкам. Поэтому в настоящее время пересмотрены алгоритмы оказания специализированной помощи больным сахарным диабетом. Сейчас мы очень чётко ориентируемся на лекированный гемоглобин и, если его уровень больше 9%, то врач-эндокринолог должен предложить больному инсулинотерапию. Затем решается вопрос по времени приёма препарата — на три-шесть месяцев или постоянно, но он обязан предложить эту процедуру. В итоге, число региональных льготников увеличивалось и за счёт таких пациентов.

    Дальше — больше. Если больной лечится таблетками в течение 8-10 лет, то они перестают помогать. Мы вынуждены и этой группе пациентов предлагать инсулинотерапию. У кого-то это за 10 лет происходит, у кого-то при нарушении рекомендаций врачей такое состояние может развиться и через год-два.

    Тем не менее, поднимать ажиотаж якобы вокруг нехватки инсулина не нужно. Инсулин есть, пусть и других фирм-изготовителей. К слову, ко мне часто обращаются пациенты с вопросами о переводе с одного вида инсулина на другой. Мы имеем право переводить больного с одного вида на тот, который есть в больнице. По эффективности, по силе действия, по безопасности они равны. Другого качества инсулин в Забайкалье не закупается. При необходимости будет подобрана нужная дозировка. Если, например, нет конкретного инсулина, к которому привык пациент, пациенту нужно проявить понимание, эта проблема решится.

    Хотелось бы добавить, что это проблема не медиков, пациенты не должны выливать агрессию на них. Если на данный момент есть только такой инсулин, больному подберут нужную дозировку, чтобы всё было безопасно, безвредно и качественно для него. Если возникнет необходимость, то пациент будет госпитализирован в стационар. Мы будем подобные вопросы решать максимально удобно для больных.

    Как избавляются от инвалидов

    — Чем вызвана политика бюро медико-социальной экспертизы по снижению числа инвалидов, изменились какие-то федеральные стандарты?

    Ольга Дурова: — Причин увеличения региональных льготников — две. Первая — это рост числа людей, которым снимают или не дают инвалидность. Этот вопрос находится в ведении бюро, которое не является нашим ведомством, поэтому комментировать их работу мы не уполномочены. Второе — это изменение подхода к лечению диабета. Количество пациентов, которым необходим именно инсулин, увеличивается в результате рекомендаций к лечению.

    — А нет опасения, что количество региональных льготников-диабетиков продолжит расти из-за такой политики бюро?

    Ольга Дурова: — Разумеется, оно есть. Просчитанная потребность в инсулине рассчитана и доведена до минфина края. Мы просили удовлетворить эту потребность и будем продолжать обращаться к ним по этому вопросу. Нам на год только на сахарный диабет нужно 36 миллионов. Мы покупаем только инсулин на те деньги, которые дают и не обеспечиваем тех людей, которые принимают и инсулин и таблетки или только таблетки. Возможностей хватает только на тех, кто без инсулина не сможет жить.

    А у Бурятии всё есть

    Ольга Серебрякова: — У нас самая низкая региональная льгота по сравнению с соседними регионами. Я езжу по другим городам на конференции и знаю, что у нас самая низкая региональная льгота. Она не адекватна потребностям. Кроме этого, её до 2010 года вообще не существовало в Забайкалье в отличие от других регионов.

    — Региональная льгота — это объём средств, которые направляются на лечение болезней, входящих в краевой закон об обеспечении лекарствами?

    Татьяна Касаткина: — Совершенно верно. Например, на сахарный диабет в прошлом году в Бурятии было выделено 60 миллионов рублей.

    Ольга Серебрякова: — В этом году они запросили 130 миллионов. Только на один диабет! У них, конечно, обеспечение и инсулином, и таблетками намного шире, чем у нас.

    Татьяна Касаткина: — У них всё есть.

    Ольга Дурова в заключение напомнила официальную позицию минздрава: — Я бы ещё раз хотела сделать акцент на том, что ни один человек, который действительно нуждается в инсулинотерапии, без помощи не останется. Лечебные учреждения имеют возможность тем или иным способом ему оказать медпомощь.

    — Больной должен требовать её в больницах?

    Ольга Дурова: — Он обращаться должен.

    — Любой пациент может обращаться или всё-таки только тот, у которого нет денег купить инсулин?

    Ольга Дурова: — Всех региональных льготников за счёт краевого бюджета обеспечить лекарствами невозможно, поэтому мы вынуждены оказывать преференции самым незащищённым слоям населения — пенсионерам, малоимущим, детям. Конечно, ни один врач не отправит больного, которому нужен инсулин, решать свои проблемы самостоятельно. Понимаете, такого просто быть не может!

    — А если отправит, к вам обращаться?

    Ольга Дурова: — Да, обращайтесь ко мне.

    Где депутаты-медики?

    Неожиданные откровения со стороны сотрудников минздрава не только не расставили точки над i в ситуации с инсулином, но и вскрыли целый ряд других проблем забайкальского здравоохранения. И это не только странная работа бюро медико-социальной экспертизы, но и качество деятельности краевых правительства и заксобрания. Почему правительство игнорирует свои обязанности по исполнению краевого закона №433 о лекарственном обеспечении отдельных категорий граждан, ведь за ним стоят тысячи больных людей, льготников? Почему депутаты заксобрания, среди которых в новом созыве немало врачей — Игорь Лиханов, Алексей Саклаков, Алексей Бутыльский — не вынуждают правительство поправить бюджет в пользу больных льготников? Не эта ли троица должна защищать именно их интересы? Вот только на пленарных заседаниях их не слышно и не видно.

    Конечно, можно вновь воспользоваться отговоркой о дефицитности бюджета региона, мол, на всех не хватит его. Да, дефицит есть. Да, недавно его ещё раз капитально увеличили, причём, подкрепив виртуальными деньгами. Но это не снимает социальной ответственности с власти региона, а только заставляет их более тщательно подходить к вопросам расходования средств. К сожалению, пока этот вопрос решает только губернатор, несмотря даже на формальное принятие поправок в бюджет заксобранием. Именно он вместе с правительством задаёт приоритеты, на которые и идут вновь привлекаемые за счёт бюджетных кредитов и облигаций средства.

    Если вспомнить позицию Ильковского сразу после избрания губернатором в отношении целей расходования средств при увеличении дефицита, то они, в основном, завязаны на развитие: «Я допускаю рост дефицита бюджета и считаю, что ничего страшного в этом нет. Я отношу себя к экономистам-производственникам и считаю, что вопрос дефицита бюджета — это вопрос тех задач, которые мы перед собою ставим. Какой смысл держать бюджет в каких-то жёстких рамках, если ничего не развивается, а только хиреет. Зарплаты не растут, детсады и школы не строятся. В чём экономический смысл подобных действий? Другое дело, что это должно разумно сочетаться между собой. Дефицит и развитие. Я считаю, что у нас сегодня есть возможности, увеличивая дефицит бюджета, обеспечивать развитие. Потому что развитие принесёт в конечном итоге доход».

    Конечно, строительство детсадов, школ, студенческих общежитий или проведение фестиваля «Студвесна стран ШОС» можно притянуть к способам развития, в отличие от снабжения лекарствами больных льготников. Тем более, что их количество постоянно увеличивается, вместе с расходами, которые нужно тратить на них ежегодно. Отдачи от них не будет, как от бизнеса или детсадов. Невыгодны они, льготники.

    Андрей Затирко

    Источник: Чита.Ру

    Похожие новости
  • Льготникам «залечили» про лекарства
  • Путевка для льготника на пределе возможностей
  • Курские льготники месяцами ждут лекарства
  • Рассчитывая потребности
  • Сахар, от которого не сладко
  • ФАС России защитит права пациентов на получение необходимых лекарственных с ...
  • Жалоб стало меньше
  • На редкость плохо
  • Лекарства для льготников
  • Приборы, незаменимые при сахарном диабете

  • Добавить комментарий
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Вопрос: Папа, мама, я, отличная ..... (закончите предложение)

    Запрещено использовать не нормативную лексику, оскорбление других пользователей данного сайта, активные ссылки на сторонние сайты, реклама в комментариях.